«Допьем романовские остатки!» — этот веселый лозунг владел толпой. Про-бона л и замуровать входы — толпа проникала сквозь окна, высадив решетки, и грабила запасы. Пробовали заливать погреба водой—пожарные во время этой работы напивались сами».
Действенные меры борьбы с погромами подсказали революционные массы, которые начали расправляться с пьяницами и грабителями. «Когда за борьбу с пьяницами взялись гельсипгфорсские моряки,— писал В, А. Антонов-Овсеенко,— погреба Зимнего были обезврежены. Это была своеобразная титаническая борьба. Моряки держались стойко, связанные свирепым товарищеским обетом — «смерть тому, кто не выполнит зарока», и, сами в другое время великолепные «питухи», они победили николаевское зелье... На Васильевском острове борьба была проведена твердо. Финляндский полк... объявил остров на осадном положении и заявил, что будет расстреливать грабителей па месте, а винные погреба взрывать». Возникла необходимость образовать специальный комитет, который решительными мерами покончил бы с погромами и бандитизмом в Петрограде. Инициатором создания такого комитета и его председателем стал управляющий делами СНК В. Д. Бонч-Бруевич. В. И. Ленин придавал этому делу большое значение. В письме в ПК РСДРП (б) он нисал: «Прошу доставить не менее 100 человек абсолютно надежных члспои партии в комнату № 75, III этаж,— комитет по борьбе с погромами. (Для несения службы комиссар о а.)
Дело архиважно. Партия ответственна. Обратиться в районы и в заводы» .
Впоследствии В. Д. Бонч-Бруевич рассказывал: «Подбор сотрудников у нас был таков, что принимали только рабочих, непременно партийных, и левых эсеров. Фабрика избирала, район утверждал, и потом мы входили в Петербургский комитет. Было несколько отводов, но они объяснялись молодостью, или, как, например, был отведен одип товарищ за то, что он заспул».
В ночь на 0 декабря 1917 г. Комитет по борьбе с погромами раскрыл контрреволюционный заговор. В. Д. Бопч-Бруенич на заседании Петроградского Совета докладывал: «Петроград затоплен шкмалом пьяных разгромов... Разгромы начинались с мелких фруктовых, а за ними следовали склады Келера и Петрова, крупный магазин готового платья.
Новый текст
