Становился целесообразен пересмотр общей карательной липпи по отношению к контрреволюции.
VIII съезд РКП (б) утвердил новую стратегическую установку партии — на прочный сою» рабочего класса с мелкобуржуазной, середняцкой массой крестьянства при опоре па бедноту. Это означало, что мелкобуржуазные партии окончательно лишились своей основной социальной базы в стране. Совершенствование структуры и методов работы органов борьбы с контрреволюцией .
Энергичная работа чрезвычайных комиссий по охране революционных завоеваний нысоко подняла их авторитет и значение. Они создавалась во всех уездах, районах, городах, на транспорте и в Красной Армии. Кое-где па периферии, однако, чрезвычайные комиссии ускользали из-под контроля НКЮ, НКВД и местных советских и партийных организаций, а иногда продолжали действовать методами красного террора, хотя они и не вызывались необходимостью, В связи с :>тим па местах возникали трения между чрезвычайными комиссиями и местными советскими и партийными организациями.
Между тем социально-политическая обстановка в стране существенно изменилась. Органы Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией ликвидировали ряд заговоров. Если раньше враждебные элементы вели активное наступление и органы ВЧК раскрывали один за другим крупные антисоветские заговоры, то с осени 1018 г. и вплоть до весны 1919 г., по крайней мере в центральной части страны, ни одного крупного заговора не было раскрыто. Это было относительное, временное затишье, вызванное происходившей в антисоветском лагере перегруппироикоп сил.
Осенью 1918 г. работники советской юстиции, многие партийные и советские органы поставили вопрос об ограничении компетенции чрезвычайных комиссий по борьбе с контрреволюцией, усилении партийного контроля за их деятельностью и подчинении их местным исполкомам Советом. Одновременно речь шла о повышении роли обычных судебных органов в борьбе с контрреволюцией и уголовной преступностью и о смягчонии жесткой карательной липии, проводившейся после введения красного террора.
В печати началась дискуссия по вопросу о нравах чрезвычайных комиссий, о том, кому они должны подчиняться и как нужно контролировать их деятельность. Дискуссия продолжалась с перерывами с октября 1918 до февраля 1919 г. В ходе этой дискуссии, в пылу полемики было высказано немало ошибочных суждений.
