Его «правительство» отменило все советские декреты (чего не посмел сделать Комуч),
денапиопалидировало промышленные предприятия, ликвидировало Советы рабочих и крестьянских депутатов, восстановило дореволюцпон-иый суд и адмипистрацпю, объявило о возвращении крупным землевладельцам имений, упразднило земельные комитеты. Белогвардейский террор в Сибири был еще более разнузданным, чем в Поволжье и на Урале. Дошло до того, что реакционная военщина подвергала здесь репрессиям даже эсеров — членов «правительства» Вологодского.
В сентябре 1918 г. эсеровские министры В. М. Крутовский, М. Б. Шатилов, А. Е. Новоселов и представитель областной думы Якушев, прибывшие в Омск, были по распоряжению «военною министра» Ивапова-Рпнова арестованы. Солдаты доставили их. в штаб начальника Омского гарнизона полковника Волкова, где принудили Крутовского и Шатилова подписать прошение об «отставке». Впоследствии при расследовании этого дела специальной комиссией Крутовский показывал, что его вызвали в отдельную комнату и положили перед ним уже заготовленное прошение об отставке. Когда он отказался подписать такой документ, офицеры вывели его в коридор и приставили к нему часовых.
— После меня,— продолжает свои показания Крутовский,— вызывают Шатилова. Поднимается шум на очень короткое время, затем все стихает. Когда все стихло, меня опять приводят и эту же комнату и говорят:
Шатилов подписал прошение, теперь вы подпишите.
Я ужо сказал, что не могу этого сделать.
По это будет стоить вам очень дорого...
Три минуты размышления — или вы подпишете, или мы вас увезем на автомобиле и вы будете расстреляны.
Крутовский подписал.
Я,— продолжает Крутовский,— иду к Шатилову я говорю:
Как, вы подписали прошение?
Как же,— говорит,— мне не подписать, когда ыно дали три минуты на размышление — или подписать, или я буду расстрелян».
