Обвинения, выдвинутые против подсудимых, подтверждались не только показаниями Зелинского, но и многими другими доказательствами: красноречивым письмом Пуришкевича и де Бодо к генералу Каледину, фактами покупки оружия для вооружения офицеров и юнкеров, чего не отрицал и сам Пуришкевич, участием некоторых членов организации в юнкерском восстании.
Революционный трибунал объявил такой приговор: «Именем Революционного Парода! Заслушав дело о монархической организации, возглавляемой Владимиром Митрофановичем Пуришкеви-чем. Революционный трибунал, приняв во внимание данные дела и судебного следствия, пришел к заключению, что организация, как таковая, существовала, и отвергая наличие заговора с целью немедленного восстановления монархии и считая, что монархическая организация Пурншкевича преследует контрреволюционные цели, достшкепие которых в каждый подходящий момент может вылиться в кровопролитие,— постановил: Владимира Митрофано-внча Пуришкевича подвергнуть принудительным общественным работам при тюрьме сроком на четыре года условно, причем после первого года работ с зачетом предваритсльпого заключения Владимиру М. Пуришксвичу предоставляется свобода, и если в тече-пис первого года свободы не проявит активной контрреволюционной деятельности,— он освобождается от дальнейшего наказания». На таких же условиях, как и Пуржшкевяча, революционный трибунал осудил на три года принудительных работ барона де Воде, полконника Вннберга и Парфенова. Остальные подсудимые были осуждены на срок от двух до девяти месяцев, а юнкера Лейх-тенбергскпй и Геолсет по молодости вовсе освобождались от наказания и отданы «под падзор родственников». Зелинского суд решил поместить в психиатрическую больницу для подробного освидетельствования, причем суд определил: и случае, если Зелинский окажется здоровым, заключить ого в тюрьму сроком на один год.
Через два с лишним месяца Пуришкович и его сподвижники оказались па свободе. 17 апреля 1918 г. председатель ВЧК Ф. Э. Дзержинский и комиссар юстиции Петрограда II. Н. Кре-стннский разрешили временно освободить Пуришкевича из заключения в связи с болезнью его сына. Он дал такую подписку: «Настоящим обязуюсь своим честный словом явиться по истечении .определенного мне срока, т. е. 25-го с. м,, в Ревтрибунал в 12 часов дня.
