В первые же дин революции саботажники и чиновники объявили о прекращении работы телефонной станции в Петрограде. В связи с этим 3 ноября 1917 г. декретом Совета Народных Комиссаров за подписью
В. И. Ленина заведование телефонной сетью было поручено народному комиссару почт и телеграфов.
Работники министерства внутренних дел отказались выполнять свои обязанности, связанные с охраной народного здоровья. В ири-казе народного комиссара внутренних дел Г. II. Петровского отмечалось, что «следствием забастовки утих врачей было, между прочий, то, что три телеграммы, уведомляющие о появлении эпидемии чумы в Астраханской губернии п холеры и Бакинской губернии, оставались без рассмотрения» .
Чиновники министерства продовольствия и деятели общественных учреждении, занимавшиеся продовольственным снабжением, также отказались сотрудничать с Советской властью.
18 ноября 1917 г. созванный саботажниками Всероссийский продовольственный съезд постановил прекратить доставку продовольствия в революционные центры, а заготовленный хлеб передать в распоряжение Учредительного собрания, когда опо соберется. Съезд избрал так называемый «Всероссийский продовольственный совет» но главе с меньшевиком В. Г. Громапом (председателем Петроградской продовольственной управы).
27 ноября самознаный «Продовольственный совет» созвал в Петрограде в помещении бывшего министерства продовольствия совещание руководителей продовольственных учреждений. Во время заседания в зал вошел Ф. Э. Дзержинский с нарядом красногвардейцев. Феликс Эдмупдович объявил, что но решению Совета Народных Комиссаров все присутствующие подлежат аресту. Председатель совещания Д. С. Коробов потребовал предъявить ордер на арест. Ф. Э. Дзержинский ответил, что он является товарищем народного комиссара по внутренним делам, и тут же выписал такой ордер.
